Про етапи ідеологічного наступу Москви (рос.)


http://ua.proua.com/analitic/2010/04/30/110958.html
Кто такие украинцы?
Комментарии / 30.04.2010 11:09

Хотя на первый взгляд кажется, что украинцы – парадоксальная нация, исследования показывают, что парадоксальность эта – вполне европейская.

Украиноцентризм против двуликого постколониализма

Пока приверженцы украиноцентризма продолжают вести друг с другом жаркую, но малорезультативную дискуссию о том, что должна включать

в себя национальная идея, а также не могут определиться с иерархией в пантеоне героев и выяснить, что важнее — шаровары или ракеты «Южмаша», идеологи «Русского мира» продолжают упорно раздувать наиболее стойкие в Украине советские мифы

Считалось, что коренной перелом в многолетнем противостоянии украинской идеи с постсоветским мировоззрением произошел во время президентских выборов 2004 года — победа Виктора Ющенко воспринималась в том числе как цивилизационный выбор украинцев, в большинстве своем не поддержавших пророссийский вектор развития Однако энтузиазм во многом подпитывался ожиданиями скорейшей евроинтеграции Украины, которые, как известно, оказались преждевременными.

Уже в 2006-м проведенные Центром Разумкова социсследования подтвердили предположение о незначительном количестве украинцев, мысленно уже интегрировавшихся в Европу. Всего 6,6% опрошенных граждан тогда отнесли себя к общеевропейской культурной традиции. Впрочем, именно это исследование показало тотальное превосходство в обществе украинской традиции — к ней себя отнесли более 56% участвовавших в соцопросе.

Не менее интересными были и другие цифры: оказалось, что в Украине более распространена советская ментальность (16,4%), чем сугубо русская (11,3%). Примечательно также то, что в том же исследовании обе пророссийские группы населения проявили большой пессимизм относительно перспектив распространения исповедуемых ими же мировоззренческих доктрин — на вопрос, какая культурная традиция будет доминировать в Украине через 20–25 лет, только 2,1% опрошенных назвали русскую, а еще меньше (1,3%) — советскую.

Казалось бы, в условиях такой деградации в Украине пророссийского мировоззрения (к тому же не секрет, что среди приверженцев советской и русской культурных традиций мало молодежи, а львиную долю составляют пенсионеры) о фундаментальном росте популярности среди украинцев философии «Русского мира» (культивируемая Кремлем идея нового объединения постсоветского пространства, являющаяся, по сути, обновленной версией российского империализма) не может быть и речи.

Впрочем, системная работа российской власти удачно помножилась на противоречивую гуманитарную политику президента Ющенко и дала определенный эффект. Например, Украина опять заметно погружается в советский миф о Второй мировой войне (Великая Отечественная война вообще возглавляет пирамиду советской мифологии), что является первым этапом идеологического наступления Москвы.

Второй этап — переплавка гомо советикус в «простого русского человека» — уже локально реализуется в Крыму, в планах — Луганск и Одесса. Кстати, крымский опыт последних лет очень показателен: там тенденции в вопросах идентичности меняются просто на глазах, о чем свидетельствуют опросы того же Центра Разумкова — если в 2007-м патриотами Украины считали себя почти 37% крымчан, то в конце 2008-го в украинском патриотизме признались лишь 9,2% жителей АРК.

Миф о стране 130 национальностей

В сравнении с Польшей, Германией, Италией и Францией, где более 90% населения являются автохтонами, Украина выглядит интернациональным государством — согласно переписи 2001 года, этнических украинцев в стране насчитывалось около 78% (судя по наметившимся в последние десятилетия этнодемографическим тенденциям, сейчас этот показатель, вероятно, уже перешагнул 80-процентную отметку, но не более того)

Впрочем, в отличие от Латвии и Бельгии, где численность второй нации (соответственно русские и валлоны) варьируется между 30 и 40 процентами, вторая в стране этническая общность — украинские русские — насчитывала в 2001-м всего 17%. В остальном некоторое национальное разнообразие наблюдается лишь в четырех регионах Украины из 27 — на Буковине, в Закарпатье, Крыму и Южной Бессарабии (Одесская область).

Единственными регионами, где украинцы составляют меньшинство, а русских, соответственно, больше половины, являются Автономная Республика Крым и находящийся на том же полуострове город Севастополь. Даже в Донбассе, который за последнее столетие пережил несколько иммиграционных волн из России, численность граждан украинской национальности приближается к отметке 60%. В целом же по Украине этническая карта практически одноцветная — в 13 областях украинцев не менее 90%, в шести регионах — около 80% и больше, еще в трех — более 70%. Русские, кроме как в Крыму, не имеют крупных национальных анклавов, расселены относительно равномерно в приграничных с Российской Федерацией областях, преимущественно в индустриальных центрах. Но как бы то ни было, граждане Украины русской национальности, которых в 2001-м было 8,3 млн., являются крупнейшим национальным меньшинством Европы.

Этническую однородность Украины подчеркивает тот факт, что третьими в списке крупнейших национальностей страны с громадным отставанием от русского меньшинства значатся белорусы (их в 2001-м было 0,6% населения), которых незначительно больше, чем молдаван и крымских татар (по 0,5%), а также болгар (0,4%), венгров, румын и поляков (по 0,3%). Впрочем, все перечисленные народы (за исключением белорусов и поляков, разбросанных по всей территории страны) живут довольно компактно, заметно влияя на этническую карту Буковины, Закарпатья, Крыма и Одесчины.

Что касается миграционных мифов уже независимой Украины, то статистика не подтверждает массового расселения в 90-х по территории страны представителей народов Кавказа — их численность действительно возросла (например, азербайджанцев стало на 20%, грузин в полтора раза, а армян почти в два раза больше), но осталась в пределах 0,3–0,4% на всех кавказцев. Зато в годы независимости историческим фактом стал массовый отток из Украины евреев — если в 1989 году они составляли 1% населения, то перепись 2001-го зафиксировала всего 0,2% граждан еврейской национальности.

Изменения в национальном составе Украины здесь

Ленивый патриотизм

Большинство украинцев если и не любят свою страну горячей любовью, то терпеть ее согласны. В частности, по данным соцопросов, при наличии выбора между жизнью в Украине, ЕС и России около 60% наших соотечественников остались бы дома, 18% предпочли бы переселиться несколько западнее, 16% — восточнее, а 9% так и не смогли определиться. Что не мешает трем четвертям украинцев называть себя патриотами

Между тем украинский патриотизм может постепенно перекочевать в область воспоминаний — вместе со старшим поколением наших сограждан. Потому что около 30% украинских студентов хотели бы покинуть родину по причине материальной неустроенности или невозможности творческой самореализации. Еще 25% не прочь хотя бы поработать за рубежом. Больше всего образованную молодежь интересуют США, Великобритания и Германия. Впрочем, никто не спорит с тем, что быть украинским патриотом в США или Германии действительно значительно комфортнее.

Подобные «чемоданные настроения», если верить статистике, чужды россиянам. Только 8% населения страны признаются социологам, что хотели бы сменить место жительства. Среди предпочтений — все те же ЕС и США. О россиянах, желающих переехать в Украину, статистика умалчивает — такую тенденцию мы можем наблюдать разве что в среде популярных телеведущих. Впрочем, не все так просто и в стране управляемой демократии — к примеру, среди молодых россиян с высшим образованием и доходом 1000 евро количество желающих эмигрировать приближается к 30%.

А вот предпочтения наших западных соседей-поляков весьма схожи с нашими. Около трети польских граждан периодически обдумывают возможность эмиграции, в основном подальше от восточной границы ЕС — к примеру, в Германию. Около четверти граждан других восточноевропейских стран тоже всерьез рассматривают возможность эмиграции — в частности румыны и хорваты. Жители «старой» Европы хоть и считают, что в Ирландии или Новой Зеландии жить лучше, однако переезжать туда не спешат.

Впрочем, есть в Украине и уникальные эмигрантские настроения. 12% жителей южных областей Украины и 10% восточных не отказались бы эмигрировать в соседнее государство не просто всей семьей или двором, а целой областью. Даже стремящиеся в Германию прибалты или поляки, пожалуй, не согласились бы на самый комфортный вариант эмиграции — изменение госграницы.

Правда, не исключено, что готовность трети украинцев покинуть страну — это вовсе не осознанный жизненный план. Для многих наших сограждан ЕС или Россия, в зависимости от политических убеждений, — это «сказочная страна», где уровень жизни — выше, люди — культурнее, а трава — зеленее, чем на родине. В то же время решительных действий к тому, чтобы переехать жить и работать за границу, эти люди не предпринимают. Независимо от политических симпатий в основной своей массе украинцы предпочтут подождать, пока Украину примут в ЕС или в союзное с Россией и Беларусью государство (а желательно — в оба союза сразу, по принципу многовекторности). В общем, пока «вориженьки» «згинуть» вместе с утренней росой.

Украинцы на выборы по пустякам не ходят

Отношение украинцев к выборам характеризуется определенной парадоксальностью — пустячные, по их мнению, выборы в местные советы, результаты которых на самом деле непосредственно влияют на их каждодневную жизнь, заслуживают меньшего внимания, нежели парламентские и президентские. Причем именно избрание главы государства рассматривается чуть ли не как момент истины

Вера украинцев в то, что один сильный лидер может решить все их проблемы, проявилась еще на президентских выборах 1991 года, когда явка составила рекордные 84,2%. Правда, объясняется это еще и тем, что многие украинцы просто соблазнились на саму избирательную новинку, но раз попробовав ее, стали постепенно терять вкус.

Уже в 1994 году в выборах президента участвовало в первом туре 69,1%, а во втором — 71,4%. Кстати, вполне понятная тенденция отдавать предпочтение участию в решающем втором туре сохранилась вплоть до последних президентских выборов. Однако уже в 1999 году во втором туре явка составила 74,9%, а в 2004 году на третий тур пришли 77,1% избирателей. Столь высокие показатели объясняются возникновением в эти годы острых пограничных ситуаций якобы борьбы добра и зла. После этого у украинцев стала проявляться усталость от бесконечных «последних и решительных боев», и явка во втором туре последних президентских выборов составила всего 69,1%.

Еще ярче нарастающая усталость от избирательных баталий проявилась на парламентских выборах. Пик заинтересованности в выборах коллективного разума ВР приходится на 1994 год, когда явка составила 75,6%.

Однако дальше все больше украинцев разочаровываются в возможностях парламентаризма, и в 1998 году на выборы в ВР пришли всего 70,8% избирателей, в 2002-м — 69,2%, в 2006-м — 67,6%, в 2007-м — 62%. Еще меньший интерес у украинцев вызывают местные выборы. Если они не совпадают с общеукраинскими избирательными кампаниями, то явка на них редко достигает 60%. В этом отношении показателен ряд внеочередных выборов 17 марта 2008 года — явка на мэрских выборах в Бердянске была 51%, Стаханове — 32%, Жашкове — 26%, Днепродзержинске — 22%.

Нарастание избирательной апатии у украинцев укладывается в общеевропейские тенденции, но при этом мы еще далеко не главные избирательные пессимисты в Европе. Если сравнивать Украину с Россией, то у наших восточных соседей, похоже, уже давно никто не верит в возможность что-либо изменить посредством выборов — в РФ явка избирателей на парламентские и президентские выборы ни разу не преодолела 70%-ный барьер и колеблется от 54,8% в 1993 году до 69,7% в 2008-м.

Еще хуже обстоят дела у западного соседа Украины Польши, где на парламентские выборы в 2005 году пришли только 40,5% избирателей, а на перевыборы Сейма в 2007-м — 53,8%, что было расценено как большое проявление активности. В целом по Европе в последние годы наблюдается уменьшение желающих голосовать. Так, на второй тур недавних региональных выборов во Франции явилось всего 49% избирателей. В прошлом году антирекорд был поставлен и на парламентских выборах в Германии, избиратель которой является одним из самых дисциплинированных в Европе. Явка 70,8% немцев на выборы была самой низкой за всю послевоенную историю.

Остальные тексты, которые характеризуют украинцев находятся здесь

Advertisements

Залишити відповідь

Заповніть поля нижче або авторизуйтесь клікнувши по іконці

Лого WordPress.com

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис WordPress.com. Log Out / Змінити )

Twitter picture

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Twitter. Log Out / Змінити )

Facebook photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Facebook. Log Out / Змінити )

Google+ photo

Ви коментуєте, використовуючи свій обліковий запис Google+. Log Out / Змінити )

З’єднання з %s